ЗЕЛЕНЫЙ ДИКТАТОР ПРОТИВ ДУМЕРА: КАК РУССКИЙ ЛИТЕРАТОР УБИЛ ПРЕЗИДЕНТА ФРАНЦИИ
Врач, политик, любитель прозы и мертвых президентов Павел Горгулов родился на Кубани в 1895 году. Брошенный родителями, будущий сорвиголова воспитывался приёмным отцом, казаком в чине урядника.
К 1913 году Горгулов заканчивает училище, становится военным врачом и … на этом его обычная биография заканчивается:
в Гражданскую войну он стреляет большевиков в Крыму и на Кубани, а затем перевязывает им раны, работая санитаром, мимоходом успев послужить в ЧК.
Женится три раза. После войны нелегально живёт в Чехословакии. Здесь в нём просыпается тонкая душа поэта – Горгулов пишет первые стихи и прозу, а чувство прекрасного не даёт ему застрелить своего первого президента — Томаша Масарика.
По словам Горгулова, главу государства от смерти спасла лишь улыбка.
Становится основателем, бессменным лидером и единственным членом «Крестьянской (Земледельческой) Всероссийской Народной Партии Зелёных».
В тридцатых бросает всё и уезжает в Париж, где женится в четвертый раз. Пишет политические тексты и прозу под символичным псевдонимом Павел Бред. Транжирит приданое, объявляет себя «зеленым диктатором» и незаконно занимается врачебной практикой, за что суд отправляет его в Монако.
В 1932 году зеленый диктатор в последний раз посещает Париж, где убивает менее улыбчивого французского президента Поля Думера. Причина поступка проста: Франция была недостаточно категорична к большевикам, разорившим Россию.
В записях Бред-Горгулова, помимо планов полёта на Луну, следователи нашли заметки о других потенциальных жертвах: среди них был Гинденбург, (https://telegra.ph/file/cde776e6fe079159d529b.jpg)советский дипломат Довгалевский и даже почивший к тому времени Ленин.
По ряду рассказов, на пути к гильотине Горгулов пел «Варшавянку», а за содеянное попросил прощения. В голосе осуждённого не было слышно страха и шесть шагов от дверцы полицейского фургона до места казни он прошёл уверенно. В собственноручном дневнике его палача, опубликованном в 2003 году, отмечается, что Горгулов «выказал известную храбрость, ограничившись словами «Oh! Sainte Russie!»
Перед казнью, по французскому обычаю, осуждённому отдала салют национальная гвардия.
Автор публикации
